ОЦЕНКА ДИНАМИКИ НАРУШЕННОСТИ ЛЕСОВ ЮГА СРЕДНЕЙ СИБИРИ В РЕЗУЛЬТАТЕ ВОЗДЕЙСТВИЯ БИОТИЧЕСКИХ И АНТРОПОГЕННЫХ ФАКТОРОВ
ОЦЕНКА ДИНАМИКИ НАРУШЕННОСТИ ЛЕСОВ ЮГА СРЕДНЕЙ СИБИРИ В РЕЗУЛЬТАТЕ ВОЗДЕЙСТВИЯ БИОТИЧЕСКИХ И АНТРОПОГЕННЫХ ФАКТОРОВ
Аннотация
Рассматривается проблема оценки нарушенности лесного покрова юга Средней Сибири под воздействием комплекса биотических и антропогенных факторов. Исследование охватывает 53 лесничества Красноярского края общей площадью 36,2 млн. га и основано на интеграции спутниковых данных высокого разрешения, материалов дистанционного мониторинга пожаров и сведений об очагах вредителей. Установлено, что за десятилетний период потери лесного покрова составили 2,66 млн. га, при этом ведущую роль в деградации древостоев играли природные факторы — вспышки массового размножения насекомых-вредителей и лесные пожары, совокупный вклад которых существенно превысил потери от промышленных рубок. Выявлена выраженная пространственная дифференциация нарушенности: в Нижнем Приангарье преобладает сопряжённое воздействие рубок и пожаров, тогда как на левобережье Енисея ключевую роль сыграли вспышки сибирского шелкопряда и уссурийского полиграфа. В горных лесничествах юга потери минимальны. Полученные результаты свидетельствуют о необходимости перехода к адаптивному управлению лесами с учётом естественной смертности древостоев и усиления противопожарных мер в нарушенных лесах.
1. Введение
Красноярский край занимает ведущее место по плотности населения и экономическому потенциалу в Приенисейской и Восточной Сибири
, . Общая площадь лесов Красноярского края составляет 164 млн. га, причем большая часть, 158,7 млн. га, находится на землях государственного лесного фонда, из них покрытые лесом земли — 105 млн. га.Степень нарушенности лесного фонда Красноярского края в отдельных районах достигает 80–90%, при этом усредненный показатель составляет 69%. Это указывает на то, что регион входит в зону истощительного лесопользования
, , . В Сибирских регионах с преобладанием спелых и перестойных насаждений все еще продолжается экстенсивное освоение и использование лесных ресурсов .Ключевыми факторами, влияющими на функционирование и состояние лесов, являются пожары, вырубки и насекомые-вредители. Данные факторы нарушают не только лесные экосистемы, но и приводят к значительным потерям в сфере экологии и экономики
, . Влияние на леса Сибири проявляется схожим образом: уничтожается древесная растительность и насаждения прекращают выполнять свои экосистемные функции. Это запускает новый цикл сукцессий , при этом повторные пожары и сплошные рубки часто ведут к долговременной смене хвойных формаций на мелколиственные леса .По данным Федерального агентства лесного хозяйства «Рослесхоз», площадь поврежденных и погибших лесных участков, вследствие воздействия вредителей и болезней леса на территории Сибири, в 2024 году составила около 500 тыс. га, из них 273 тыс. га сосредоточено в Красноярском крае.
Оценка динамики лесных растительных формаций за последние 50 лет, проведенная В.А. Соколовым и др.
, указывает на ухудшение качественного состава лесов Центральной Сибири. Лесные насаждения были вырублены на площади 4,5 млн. га с общим запасом древесины 900 млн. м³. Площадь, пройденная лесными пожарами, составила 12,5 млн. га, на ущерб от вредителей и болезней приходится 3,7 млн га. Кроме того, сотни тысяч гектаров были исключены из лесного фонда для нужд инфраструктуры, не относящейся к лесному хозяйству (зоны затопления ГЭС, ЛЭП, дороги, гражданское и промышленное строительство и прочее). В результате за указанный период площадь лесных земель сократилась на 1,0 млн. га, а хвойные насаждения уменьшились на 19 млн. га. Общий запас древесины хвойных пород снизился на 24%, включая уменьшение запасов спелых и перестойных насаждений на 34,7% , . Существенные изменения произошли в пирологической ситуации в лесах, нарушилась природная цикличность и закономерность возгораний, что также повлияло на пирогенные сукцессии , .Нарастающая деградация коренных древостоев, вызванная энтомовредителями (в первую очередь сибирским шелкопрядом Dendrolimus sibiricus Tschetv. и уссурийским полиграфом Polygraphus proximus Blandf.), не только снижает сырьевой потенциал, но и сопровождается накоплением крупных древесных остатков, нарушением водного режима почв, процессами задернения и заболачивания, а также длительной повышенной эмиссией углерода в атмосферу
, . Кроме того, распад полога стимулирует многократный рост запасов лесных горючих материалов (ЛГМ), повышая пожарную опасность в нарушенных пихтарниках , . При этом горимость лесов подчиняется строгим временным закономерностям: вероятность возникновения пожаров резко возрастает через 2 года после повреждения шелкопрядом и на 8-й год — после очагов полиграфа уссурийского .Отразить реальную ситуацию нарушенности лесного покрова района исследований в результате воздействия негативных факторов по данным статистической отчетности государственного лесопатологического мониторинга (ГЛПМ) не представляется возможным из-за неполноты и задержки наземных сведений
. В связи с этим проведен дополнительный анализ нарушенности лесопокрытой территории по спутниковым данным. Анализ включал территории в составе земель лесного фонда южной части Средней Сибири (53-х лесничеств Красноярского края) общей площадью 36,2 млн. га. Исследуемые территории относятся к подзоне южной тайги, зоне подтайги, а также горно-таежным лесам .Среди факторов, негативно воздействующих на лесные экосистемы в больших масштабах, рассматривались лесные пожары, насекомые-вредители (сибирский шелкопряд, полиграф уссурийский) и антропогенное воздействие — промышленная заготовка древесины.
2. Материалы и методы
Средняя Сибирь представляет собой обширный по географическому охвату регион России, характеризующийся выраженной неоднородностью климатических и орографических условий, а также значительными ресурсами бореальных лесов
, .Район настоящего исследования охватывает южную и наиболее освоенную часть региона, расположенную южнее 59°–60° с. ш., включая бассейн р. Ангары (Приангарье) и левобережье р. Енисей
, . Анализ нарушенности лесного фонда проведен в границах 53 лесничеств Красноярского края общей площадью 36,2 млн. га. В соответствии со схемой лесорастительного районирования исследуемая территория включает пять лесных районов: Западно-Сибирский южно-таежный, Приангарский таежный, Среднесибирский подтаежно-лесостепной, Алтае-Саянский горно-таежный и Алтае-Саянский горно-лесостепной, охватывая подзону южной тайги, подтайгу и горно-таежные комплексы .Оценка динамики потерь лесного покрова проводилась за 10-летний ретроспективный период (2014–2023 гг.) на основе глобального информационного продукта Global Forest Change (GFC v1.11), разработанного на базе многолетних серий спутниковых снимков Landsat с пространственным разрешением 30 м
. Для анализа использовался базовый слой Forest Cover Loss (FCL), регистрирующий факт исчезновения древесного полога (снижение проективного покрытия деревьев ниже порогового значения) в результате любых деструктивных воздействий: сплошных рубок, пожаров, усыхания от вспышек насекомых-вредителей, ветровалов и расчисток земель. Авторы оценивают точность карты в 96,7% (рисунок 1).
Потери леса на территории исследования в 2014–2023 годах, по данным карты Forest Cover Loss
по ист. [21]
- Пирогенные нарушения. Верификация площадей, погибших в результате лесных пожаров, осуществлялась путем пространственного совмещения полигонов FCL со стандартным спутниковым продуктом MODIS Burned Area (MCD64A1, разрешение 500 м), детектирующим пройденные огнем площади на основе данных радиометров Terra/Aqua MODIS
, а также валидировалась по точкам тепловых аномалий (FRP/MODIS). Участки FCL, совпавшие по координатам и времени проявления со следами пожаров, классифицировались как потери от пирогенного фактора.- Повреждения энтомовредителями. Выделение древостоев, погибших в результате массового размножения сибирского шелкопряда (Dendrolimus sibiricus Tschetv.) и инвазии уссурийского полиграфа (Polygraphus proximus Blandf.), выполнено на основе геопривязанной картосхемы очагов вредителей и болезней Приложения № 1 к Лесному плану Красноярского края
, сформированной по данным наземного лесопатологического мониторинга ФБУ «Рослесозащита» и материалам ДЗЗ. В контуры биогенных потерь включались пиксели FCL, зафиксированные внутри подтвержденных очагов усыхания.- Лесозаготовки и сопутствующие антропогенные нарушения. Контуры FCL, не имеющие пространственно-временного пересечения с гарями MODIS и очагами размножения насекомых, были классифицированы как антропогенные рубки и сопутствующие деструкции. Правомерность данного методического допущения обусловлена тем, что в пределах эксплуатационных лесов зоны активного лесопользования регулярные компактные полигоны потерь полога формируются преимущественно промышленной заготовкой древесины
, , в то время как естественные локальные выпады (ветровалы, почвенно-гидрологический отпад) занимают подчиненное значение в общей структуре ежегодной убыли лесов.В случаях комплексного сопряженного воздействия (например, развитие вторичных пожаров по усохшим шелкопрядникам и полиграфникам) приоритет первичного деструктивного агента устанавливался по хронологии наступления события: участки, первоначально подвергшиеся распаду от насекомых и впоследствии пройденные огнем, учитывались в составе биогенных нарушений с фиксацией вторичного пирогенного перехода
.3. Результаты и обсуждение
Пространственная дифференциация и масштабы деструктивных процессов в бореальных лесах юга Средней Сибири тесно сопряжены со структурой хозяйственного освоения территории. Исследуемый район охватывает ключевой массив эксплуатационных лесов Красноярского края, переданных в настоящее время в долгосрочную аренду в целях заготовки древесины, а также зоны обеспечения муниципальных и социально-бытовых нужд (рисунок 2). Сопоставление локализации участков усыхания и нарушений с функциональным зонированием показывает, что основные объемы потерь лесного покрова сосредоточены в поясе интенсивного лесопромышленного освоения
.
Рисунок 2 - Отнесение лесного фонда района исследований (в границах лесничеств) к видам законодательного лесопользования

Рисунок 3 - Распределение потерь леса по годам и причинам гибели
Максимальные площади лесов, погибших от пожаров за период с 2014 г. по 2023 г., расположены в границах Нижнего Приангарья: в Гремучинском лесничестве — 208 тыс. га, Кодинском — 116 тыс. га, Терянском — 112 тыс. га, Хребтовском — 110 тыс. га, Мотыгинском — 41 тыс. га.
В связи с большой протяженностью региона (почти 3000 км с юга на север) и многообразием лесорастительных условий лесные пожары на территории Красноярского края возникают в течение всего пожароопасного сезона. С увеличением положительных температур лесные пожары начинают возникать в апреле в южных районах края и постепенно продвигаются на север
. Ежегодно фиксируется примерно 1300 пожаров, но в 2019 году аномальные погодные условия привели к резкому росту их количества — до 2059 . По данным А.Д. Долматова , количество пожаров и территорий, подвергшихся им, с 2010 года значительно возросло, особенно в период с 2017 по 2020 годы. Средняя площадь пожаров за 2011–2021 годы в 6 раз превышает показатели 2003–2010 годов . В то же время, по данным Г.А. Ивановой с соавторами , средняя площадь одного пожара в период с 1990 по 1999 г. составила 89,4 га, с 2000 по 2010 г. — 90,4 га, а с 2011 по 2022 г. — 272,6 га, т.е. за последние десятилетия возросла в 3 раза. Увеличение средней площади пожаров указывает на снижение эффективности служб раннего выявления и ликвидации пожаров. В соответствии с Приказом Минприроды России , для труднодоступных и удаленных территорий предусмотрено создание зон контроля, где допускается отказ от тушения лесных пожаров при отсутствии угрозы населённым пунктам и объектам экономики, если предполагаемые расходы на противопожарные мероприятия превышают прогнозируемый ущерб. Совокупные ежегодные потери от лесных пожаров в Сибири, включающие как прямые убытки, так и расходы на их ликвидацию, оцениваются в 10–15 млрд. руб. . В период 2019–2020 годов в Среднесибирском плоскогорном таежном регионе наблюдалась экстремальная пожарная обстановка. Большинство масштабных и катастрофических возгораний было зарегистрировано именно в зонах контроля .Исследования последних лет показывают, что пожары в лесных экосистемах повышают биоразнообразие лесных экосистем
, . Это происходит благодаря высвобождению экологических ниш для молодого поколения растений в результате прореживания или полного уничтожения древостоя, а также изменения характеристик почвенного покрова. Однако при частоте пожаров, превышающей естественные циклы возгораний, их воздействие на процессы лесовосстановления становится негативным .Гибель лесов от вспышек размножения насекомых в значительной степени затронула территорию Енисейского лесничества, составив в общей сложности 582 тыс. га. В Таежинском лесничестве от насекомых-вредителей погибло 130 тыс. га леса, в Большемуртинском — 88 тыс. га, в Пировском — 59 тыс. га. Таким образом, максимальная гибель лесов от насекомых наблюдалась на левобережье р. Енисей, относящимся к подзоне южной тайги.
Очаги сибирского шелкопряда имеют цикличный характер
, , , . С конца XIX в. на территории Красноярского края зафиксировано 9 вспышек, охвативших 10 млн. га. Массовые вспышки приводят к усыханию и гибели хвойных насаждений. Исследования , , , показывают, что при уничтожении хвои пихты и кедра сибирским шелкопрядом деревья начинают погибать уже в год дефолиации. Поврежденный древостой становится очагом размножения вторичных вредителей, которые в свою очередь создают условия для проникновения грибных патогенов, приводящих к развитию гнилей , . В смешанных темнохвойных лесах зараженность гнилями варьирует от 20% до 90% .Массовая гибель пихтовых древостоев после воздействия полиграфа уссурийского связана с заселением деревьев короедом и последующим заражением офиостомовыми грибами, вызывающими формирование некротических участков в лубе, что приводит к ослаблению и усыханию древостоев
, .География распространения полиграфа уссурийского в нашей стране довольно обширна. Пихта сибирская является основной лесообразующей породой в лесах Средней и Южной Сибири. Согласно данным
, полиграф уже охватил 4,9 млн. га пихтарников, что составляет почти треть их ареала. С 2009 года повреждение пихты сибирской стало актуальной проблемой для Красноярского края , , , где короедом повреждено более 1 млн. га темнохвойных лесов . Прогнозируется дальнейшее расширение вторичного ареала полиграфа, в том числе формирование новых очагов вредителя .Повреждение кедровых и пихтовых насаждений, вызванное уссурийским полиграфом и сибирским шелкопрядом, приводит к значительным изменениям в составе древостоев, их полноте и запасе. В составе древостоя отмечается практически полное отсутствие живых деревьев пихты (отпад 90–100%) и полное отсутствие кедра после вспышки массового размножения сибирского шелкопряда (отпад 100%)
, , , .Изреживание древесного полога и изменение лесорастительных условий способствует увеличению запасов лесных горючих материалов (ЛГМ) и повышает пожароопасность нарушенных темнохвойных лесов. В пихтарниках, нарушенных полиграфом, накапливаются значительные запасы ЛГМ, которые варьируют в зависимости от степени нарушенности и в несколько раз превышают запасы в ненарушенных насаждениях
, , .Меньший вклад в общую картину нарушенности территории края вносит промышленная заготовка древесины.
Наибольшие потери леса от рубок наблюдались в лесничествах, относящихся к району Нижнего Приангарья, а также в Енисейском лесничестве. За десятилетний период совокупная площадь рубок в перечисленных лесничествах составила 595 тыс. га (70% от площади рубок на территории исследования). По данным E.A. Kukavskaya и др.
, площадь вырубок в Нижнем Приангарье по результатам дистанционного зондирования в последнее десятилетие ежегодно увеличивается на 40–60 тыс. га. На вырубках наблюдается возрастание природной пожарной опасности за счет роста запасов горючих материалов на местах рубок и создания благоприятных условий для их быстрого высыхания , .
Рисунок 4 - Потери леса в границах лесничеств в процентном выражении за 10-летний период
Минимальные потери леса (менее 1% за десятилетие) зафиксированы в лесничествах, расположенных в южной горной части территории исследования (Ермаковское, Шушенское, Усинское и др.). Столь высокая устойчивость горно-таежных комплексов обусловлена низкой транспортной и промышленной освоенностью труднодоступных территорий, повышенным увлажнением и прохладным микроклиматом, препятствующим развитию верховых пожаров и массовых вспышек насекомых-вредителей.
В подзоне южной тайги и в таежной зоне Приангарья потери леса существенно выше и варьируют от 5 до 23%. Максимальные относительные потери леса приурочены к Гремучинскому (23%), Хребтовскому (18%), Енисейскому (16%), Большемуртинскому (15%), Терянскому (15%), Таежинскому (13%) и Пировскому (13%) лесничествам. При этом на территории исследования четко обособляются два контрастных очага деградации лесного покрова:
1. В лесничествах правобережья р. Ангары потери леса обусловлены главным образом сопряженным действием пожаров и промышленных рубок, формирующих высокую пирогенную нагрузку на освоенных ландшафтах
, , .2. На левобережье р. Енисей потери вызваны прежде всего массовым размножением насекомых-вредителей — сибирского шелкопряда и уссурийского полиграфа, уничтоживших обширные массивы коренных темнохвойных лесов
, , , .Оценка динамики потерь лесов юга Средней Сибири за 2014–2023 гг. показывает, что суммарная площадь погибших от пожаров и вредителей насаждений (1,80 млн. га) более чем в два раза превышает площадь лесов, пройденных промышленными рубками (0,86 млн. га). Поскольку пожары и насекомые уничтожают преимущественно наиболее ценные спелые и приспевающие древостои, естественный распад насаждений под воздействием климатических факторов в 2,1 раза опережает официальное лесопользование, оказывая ключевое влияние на динамику и истощение лесного фонда региона.
4. Заключение
В ходе исследований установлено, что в границах 53 лесничеств южной части Средней Сибири за период 2014–2023 гг. суммарные потери лесов составили 2,66 млн. га, или 7,4% от покрытой лесом площади. Ведущим фактором гибели насаждений стали вспышки массового размножения насекомых-вредителей — 1,09 млн. га (41% всех потерь). На долю промышленных рубок пришлось 858 тыс. га (32%), а лесных пожаров — 705 тыс. га (27%).
В пространственном отношении на территории исследования обособляются два контрастных очага:
- в Нижнем Приангарье потери леса носят сопряженный характер и обусловлены высокой концентрацией рубок и частыми лесными пожарами;
- в подзоне южной тайги на левобережье Енисея ключевой причиной распада темнохвойных массивов стала массовая гибель лесов от сибирского шелкопряда и уссурийского полиграфа.
В горных лесничествах юга края потери минимальны и не превышают 1% за десятилетие.
Общая площадь лесов, погибших от пожаров и насекомых-вредителей (1,80 млн. га), более чем в два раза превышает площадь лесозаготовок (0,86 млн. га). Таким образом, основной вклад в сокращение площади лесов юга Средней Сибири вносят природные катастрофические явления, масштабы которых тесно связаны с климатическими изменениями. Опережающий естественный распад спелых древостоев создает прямую угрозу истощения эксплуатационного фонда региона и требует обязательного учета природных факторов при расчетном планировании объемов лесопользования.
